Виктор Казаков

Виктор Петрович, во-первых, хочу выразить искреннюю признательность, что Вы согласились на эту встречу, согласились ответить на вопросы, которые часто задают наши посетители!

– Вы обратились – я приехал. Почему бы и нет?

Спасибо! Итак: Ваше отношение к старым фортепиано, особенно к мировым производителям таким как C. Bechstein, Steinway and Sons, Blüthner, Ed. Seiler, August Förster и т.д. Естественно, речь идёт об инструментах с так называемой современной механикой.

– Самое что ни на есть положительное моё отношение! Когда их делали, они были идеально собраны как предмет фортепианного искусства! Я считаю, что инструменты прошлого были выполнены на самом высоком техническом и профессиональном уровне. Это вершина мастерства фортепианостроения.

А на сегодняшний день обычному человеку можно их приобретать?

– Можно и даже нужно! Но только если инструмент отреставрирован профессиональными мастерами.

Какова будет его надёжность при нагрузках после реставрации?

– Если реставраторы истинные мастера своего дела и использовались качественные материалы, то гарантия будет стопроцентной. А надёжность, как минимум, не уступит новому инструменту той же марки. Подчеркну, как минимум!

Скажите, Виктор Петрович, много ли сегодня в мире фортепианной реставрации больших мастеров?

– Слава Богу, ещё остались! Отличительная черта истинного мастера – скромность, поэтому они пребывают в тени, у них нет яркой рекламы. Но, в принципе, они в дополнительной рекламе и не нуждаются, так как всегда очень востребованы.

Сколько лет необходимо, чтобы стать достойным фортепианным мастером?

– Совершенству нет предела.

А если условно сравнить с системой высшего образования, где приличным специалистом можно стать примерно за 5-6 лет обучения, возможен ли подобный рост в вашей редкой профессии?

– Гении встречаются крайне редко. В нашей редкой профессии чтобы постичь глубины мастерства на достаточно приличном уровне, придётся потратить не менее 20 лет. И только в мастерской!

Ого! То есть, если человек будет всю жизнь работать настройщиком, посещающим квартиры, оценщиком-консультантом, он не сможет стать настоящим фортепианным мастером?

– Хорошим настройщиком он стать может. Если пожелает. Но не мастером-реставратором, владеющим всеми глубинами капитальных ремонтов и всей сложностью внешней отделки. Согласитесь, это можно получить только в профессиональной мастерской под руководством опытных мастеров. Лично у меня было много высококвалифицированных и даже выдающихся мастеров в своё время по механике, по столярному делу, по внешней отделке. И отдельно по настройке. Вот вам уже четыре специальности и четыре мастера. А вы упомянули только работу настройщиком. Тем и отличается обычный, пусть даже квалифицированный настройщик от мастера-реставратора.

К сожалению, сегодняшним молодым мастерам сложнее постичь все тонкости профессии, так как многие мастерские приказали долго жить. А ведь когда-то очень большие специалисты трудились в той же «Экспериментальной мастерской», обслуживающей весь СССР, в мастерской Всероссийского хорового общества, в «Камертоне» и других местах. Там работали выдающиеся мастера. И попасть туда было делом очень не простым.

Но, справедливости ради, хочу отметить один очень важный момент. Настоящий настройщик – дело, к сожалению, не частое, но есть такие выдающиеся мастера в данном направлении, что шляпу перед ними можно снять сразу.

Кого-то именно Вы имеете в виду?

– Хм, знаете… Человек может никогда и не касаться серьёзных капитальных ремонтов, а вот в тонкостях настройки достигает просто божественных вершин. К примеру, по рассказам старых мастеров с которыми я работал, в один из визитов в СССР американского пианиста Вана Клиберна – это было уже очень давно, – маэстро мирового уровня был крайне поражен и даже взволнован работой одного нашего настройщика, хорошо известного и по сей день. Отметим, что упомянутый мастер работал на тот момент преподавателем фортепиано. Этот уникальный настройщик с консерваторским образованием, при этом очень скромный человек, по определённым причинам вынужден был подменить другого настройщика. И он так выполнил настройку рояля, что вскоре по настоянию маэстро Клиберна был приглашён в качестве консультанта в США на одну из мировых фабрик. Не забывайте, это были где-то 60-е годы прошлого столетия, когда границы СССР, мягко выражаясь, оставались на замке.

Потрясающе! А возможно ли, что старинный инструмент не будет нуждаться в полной реставрации, которая всегда очень дорогостоящая?

– Как ни странно, такие экземпляры иногда встречаются. Крайне редко. Это ещё раз говорит об их качестве, и только. Прошедшие огни и воды, они могут дать фору любым новым инструментам. Повторюсь – любым!

А выдержит ли такой инструмент профессиональную нагрузку пианиста уровня консерватории, к примеру?

– Когда выдержит, будем благодарить Бога и мастеров-создателей славного прошлого!

Виктор Петрович, какое Ваше отношение к современным пианино второй половины двадцатого века, но до китайских сборок? Могли бы выделить какие-то определённые марки?

– Те же самые марки и выделю. Фирма есть фирма!

Но это инструменты высшего класса, они всегда очень дорогие. А что касается фортепиано среднего, но профессионального уровня? Какую марку Вы бы посоветовали пианисту достаточно приличного уровня?

– От души могу порекомендовать фортепиано марку Petrof. Соответственно и весь модельный ряд этой фирмы. Очень надежные инструменты! И достаточно качественно собирались.

Пользуясь случаем, хотел бы Вас спросить следующее. Среди некоторых настройщиков бытует мнение, что Petrof после середины 80-х годов прошлого столетия брать нельзя, потому как что-то было ухудшено в конструкции.

– Если не брать во внимание различные беды, постигшие то или иное пианино или рояль, нареканий к фабричному изготовлению этой марки не было и нет. Не говорим, конечно же, о китайских аналогах.

Иногда встречается Petrof «глухой», с вязкой клавиатурой. Обычно настройщики такие инструменты сразу бракуют.

– Проблема несколько в иной сфере. В тонкостях регулировки механики, настройки и индивидуальной настройки. Для каждого инструмента нужен свой, ещё раз повторюсь, индивидуальный подход, что часто не попадает под общие стандарты. Как и всё в этом мире, в принципе. Стандарты вообще редко где подходят достаточно долго и успешно.

Еще один вопрос, который очень интересует нашу аудиторию. Почти у всех фортепиано Petrof 70-80 годов на сегодняшний день имеются трещины в резонансной деке. Как вы к этому относитесь в свете того, что также часто настройщики запугивают этим владельцев, говоря, что теперь инструмент непригоден и подлежит дорогой реставрации?

– Выдающийся фортепианный мастер Козлов Василий Георгиевич, проработавший более тридцати лет мастером в Большом театре, в концертном зале Чайковского и консультантом музея имени М. И. Глинки, не подходил так прямолинейно к этому вопросу, как подходят упомянутые настройщики. И я с этим абсолютно согласен. Очень часто инструмент с восстановленной декой ухудшал свой звук! Парадокс? Нет, факт. Чаще всего эти трещины не влияют на качество звучания и надёжность инструмента! И самое обидно, если люди решились всё же заказать дорогостоящий ремонт резонансной деки, уже через какое-то время появляется рядом другая трещина. И снова это может не ухудшить звучание инструмента.

Но есть же и криминальное состояние деки?

– Конечно, есть. Но это требует индивидуального рассмотрения. И, как правило, проблема здесь уже не только в деке, а и гораздо глубже.

Лично себе Вы бы взяли инструмент с парой-тройкой трещин в деке, даже если забыть, что Вы фортепианный мастер с огромным опытом?

– Взял бы, не задумываясь, даже если бы не был фортепианным мастером вообще! Главное, чтобы хороший специалист мне об этом честно сказал. О деке. Честно.

Сами того не заметив, мы немного сделали рекламу фирме Petrof, хотя наша компания их успешно продает уже много лет. Есть ли ещё какие-то достойные марки, которые были бы так надежны, как упомянутая фирма?

– Время покажет.

Виктор Петрович, какое ваше отношение к отечественным инструментам?

– Никакого отношения.

А к китайским аналогам даже мировых производителей?

– Пока воздержусь от комментариев и очень надеюсь, что когда-нибудь они займут достойное место. Китай – великая страна.

Ваше отношение к различным цифровым пианино даже с молоточковой механикой?

– Я не преподаватель фортепиано, а фортепианный мастер. Но за 45 лет тесной работы с выдающимися педагогами ни разу не слышал, чтобы кто-то из них посоветовал чем-то ещё заменить акустическое фортепиано.

Виктор Петрович, позвольте упомянуть Ваш ответ на мою просьбу дать побольше фотографий для этого интервью – ответ, который меня, признаюсь, тронул.

– Я могу его повторить. Пусть восстановленные мной инструменты остаются вместо фотографий.